Интервью с Деминой Натальей Александровной

Демина Наталья Александровна – врач, кандидат медицинских наук, академик Российской академии Естественных наук им. В.И.Вернадского по секции «гуманитарные науки и творчество», саентолог и добровольный священник. Она лично была в Беслане в дни после трагедии, помогая людям справиться с горем.

FDM: Расскажите в двух словах о том, как вы видите свою работу как саентолога, как добровольного священника.

Н.А.: Основная идея в том, что мы привносим образец спокойствия и стабильности и что на кого-то можно в этот момент опереться. Что есть вот люди, рядом с которым даже просто посидел, постоял, оперся на него, а он стабильно стоит и поддерживает, дает вот это ощущение стабильности и спокойствия и отсюда возникает чувство, что такая поддержка нужна, что будет все хорошо. Я просто вижу свою роль среди всех, среди энтурбулированного мира, именно в том, чтобы создать образец, в том, чтобы есть кто-то, к кому можно обратиться, если что-то случится.

FDM: Какова на ваш взгляд, роль добровольного священника для окружающих его людей? Чем добровольные священники занимаются в тех странах, где о них знают мало?

Н.А.: То, что они делают — это показывают людям то, что с этим можно что-то сделать. Я раньше и не осознавала всю глубину этого нашего тезиса. Я сейчас только увидела, что человек-то, когда растерян и естественно в хаосе, ни одного стабильного данного, а здесь это стабильное данное появляется. «С этим можно что-то сделать», мне раньше казалось, что это смешная фраза, она какая-то такая общая. А на самом деле это такая мощь! Это первое по градиенту стабильное данное. Что вообще-то нужно что-то делать, и вот они делают! Они делают, они могут!
Я как врач, когда я думала, что я буду врачом, мне нужно будет чемодан лекарств таскать с собой, чтобы кому-то помочь. А не будь у меня лекарств, как я помогу-то? Руки-то и все! А вот руки-то и ВСЕ! Понимаешь, вот оно! И у них просто руки, ничего, голова и руки. И они что-то руками могут сделать. Это огромное данное, просто огромное. Я вот как врач говорю, для меня это было ну просто такое облегчение, такая надежда! Мне первая дала это Джуна, что руками можно что-то сделать. И вдруг в Саентологии — ассисты еще более простые, не надо обучать там каким-то схемам, вот просто пальчиком куда угодно, не зная никаких там иглотерапевтических точек ты просто можешь тыкать куда угодно пальчиком, и вдруг человеку хорошо, и он вдруг встал и говорит спасибо я побежал работать дальше. Ну что может быть лучше. И вот это огромное стабильное данное. Я убедилась в его просто эпохальной мощи. Вот то, чего сначала я не понимала. Сейчас я понимаю. Вот это как раз и дают добровольные священники. Стабильное данное — что есть люди, которые могут в этой ситуации сохранить бодрость духа, энергию, надежду, могут поставить свое плечо, что они могут оставаться неэнтурбулированными и покойными в этой обстановке, что кто-то может не потерять голову, как мы потеряли, и раз есть образец и они могут, значит и мы можем. Вот это вот, я считаю и есть роль добровольного священника.

FDM: На практических примерах, расскажите, как люди меняются, когда им помогают добровольные священники. Правда ли, что небольшая группа добровольных священников может создать островок стабильности в регионе, охваченный войной или взбудораженный стихийным бедствием или катастрофой?

Н.А.: Действительно это происходит, небольшая группа преданных, честных людей, желающих помочь искренне, и умеющих, главное, это делать, они и начинают быть центром, эпицентром спокойствия. И вот эта точка возникает и вокруг нее начинает разрастаться успокоение и волна стабильности. И она все шире, шире и начинает заполнять то все пространство того неблагополучия и … и появляется стабилизация.

Я вижу, как это работает.
В Беслане мы видели, видели. Сначала они были очень взбудоражены, сначала не знали, что делать, администрация просто тоже терялась, у них у самих возникали проблемы. И вдруг мы пришли и говорим, что с этим можно что-то сделать, вот у нас есть методы, мы получили книги, и мы пригласили и показали, что просто вот так руками, или просто можно выслушать. Люди не предполагают, что такими простыми методами можно помочь. И плюс еще, когда они прошли эту помощь и получили ее сами и стабилизировались, они видят и тут же у них возникает желание помогать другим, и тут же возникает группа, которая обучает. И тут же они начинают это нести дальше. И каждый из них может быть, как я все время представляю себе, как салют, вот когда салютный огонь пошел и из каждой искорки, потом такой же новый салют возникает. И вот этот салют занимает всю эту территорию благодаря тому, что у каждого человека начинает импульс идти помощи и способности к этой помощи и вот мы видим, когда огромная территория и много людей, но в центре возник очаг спокойствия среди приехавших туда, они обучили группу тех в поле, разрослись новыми огоньками, и из каждого огонька возникли новые огоньки тех, кому они дали импульс. И таким образом, территория начинает завоевываться спокойствием и мирным отношением к ситуации, восприятием того, как это есть и надеждой на то, что будет лучше. И вот эта картинка возникает всегда, где работают саентологи.

FDM: А как обычный человек относится к помощи, которую ему оказывает совершенно незнакомый человек, приехавший непонятно откуда?

Н.А.: Это чрезвычайно ценно для людей. В нашем мире, сейчас, когда идет такая разобщенность, когда соседи не знают друг друга, когда невозможно выпустить ребенка во двор, мама боится за него, раньше Москва была наполнена детьми, которые ездили сами, а сейчас мы вообще детей не видим, как будто их нет. И в этом мире, который обуян различными страхами, вдруг приезжают люди, которые просто могут постучаться и спросить, как я могу вам помочь, и может правда помочь. Это чрезвычайно ценно для людей именно в данное время, когда мы наблюдаем, что этой помощи они лишены, этой помощи им не хватает. Они не могут сходить за луковицей к соседке, как раньше и не ожидать, что оттуда из-за двери будет от них шиканье и недовольство и какие-то неприятные эмоции будут получены. А здесь они начинают расслабляться получать помощь, способны ее получать — то, чему они сейчас тоже разучились, не просто отдавать помощь, а получать помощь они разучились. А тут вдруг они начинают быть расслабленными, получающими эту помощь, напитывающимися этой силой, а потом уже они способны, напитавшись ей, дать эту силу другим. Это ценнейший заряд взаимопомощи, и обмена энергией, силой, любовью.

FDM: А вот вы, как добровольный священник, приезжающий на зов о помощи другим, что вы получаете в обмен? Ведь человек, который в потрясенном от горя городе, многое потерявший, ничего не может вам дать. Что же для вас эта работа добровольного священника?

Н.А.: Для меня самая большая награда, когда тот человек, которого я видела, подавленным, глаза опущены, он под грузом, тяжестью своих переживаний и вдруг я вижу, как они поднимает на меня глаза, вдруг его лицо начинает светиться улыбкой, он расправляет плечи, и он начинает сиять, и он говорит мне слова благодарности и этот поток благодарности — это самая большая награда, которую может получить тот, кто предоставляет помощь. Вот я как врач не могла доставить за такой короткий срок помощь, чтобы он тут же у меня под руками, у меня на моих глазах за 10-15 минут, вдруг приходил в такой состояние. Это наслаждение ни с чем не сравнимое, не сравнимо ни с какими подарками, ни с коробками конфет, ни с букетами цветов, это улыбка человека, это поток взаимной любви, и надежда на то, что это будет шириться, и мы поднимем людей из горя, мы поднимем людей из несчастий, и будущее прекрасно. Что может быть лучше, чем это?

Чтобы оставить комментарий, воспользуйтесь вашим аккаунтом социальной сети Login

Подпишитесь на нашу рассылку