Пренебрежение наукой

2 - Фото открытия Саентологической церкви Москвы СЦМ 6278355

Московской саентологической церкви удалось собрать впечатляющую коллекцию научных трудов по исследованию новых религиозных движений (НРД). В ней работы не только знаменитых зарубежных экспертов, но и ведущих отечественных специалистов. К сожалению, повод для такой полезной деятельности был не самым лучшим. В течение более двадцати лет своего существования (она была официально зарегистрирована в России в 1994 году) церковь была вынуждена за него бороться.

2 - Фото прихожане в СЦМ 6278365

Прихожане в Саентологической церкви Москвы при ее открытии

Российские власти никогда не оставляли саентологов без своего пристального внимания, суды над ними начались с конца девяностых. Суды, как известно, не обходятся без экспертов, в качестве которых привлекались профессиональные религиоведы. Так и получилось, что саентология обладает теперь прекрасной библиотекой, в которой представлен весь цвет зарубежного и отечественного религиоведения.

Знакомство с этой библиотекой позволяет сделать нехитрый вывод: подавляющее число специалистов считают саентологию религией, но отечественный Минюст пытается отказать ей в этом. Вернее, ситуация еще более нелепа: саентологию вообще Минюст вроде бы готов признать за религию, а вот Московскую саентологическую церковь религиозной организацией не считает. Это как если бы признать математику наукой, но математиков учеными не числить. Что стоит за этим театром абсурда на самом деле понять не сложно. Саентологию в России хотят во что бы то ни стало лишить религиозного статуса. И если это делается наперекор логике, тем хуже для логики.

Аргументы ученых при всем их методологическом разнообразии сходятся в одном: саентология верит в существование Высшей реальности, считает, что люди обладают духовной сущностью и предлагает им набор методов для реализации этой сущности и достижения духовного бессмертия. Какими бы диковинными не казались эти методы сторонним наблюдателям, они преследуют достижение трансцендентной цели, то есть религиозного спасения. Но ведь если задуматься, способы религиозного спасения всегда казались диковинными верующим других религий, а современному секулярному сознанию вообще все религии кажутся чем-то странным и безусловно устаревшим. Но никому не приходит в голову на этом основании бороться с религиозным плюрализмом или запрещать религию вообще. Почему саентология должна быть
исключением?

Кстати, раньше это понимали и в РПЦ. Во всяком случае в 2003 году ее Санкт-Петербургская епархия признавала, что саентология принадлежит «к так называемым сциентистским религиям». Как говорится, хоть горшком назови, только в печку не ставь. Сейчас, похоже, решили поставить. В конце ноября Московский городской суд удовлетворил иск Минюста РФ о ликвидации Московской церкви саентологов (Решение обжаловано и не вступило в законную силу).

В чем причина такой невероятной настойчивости? Причин несколько. Начну с самых очевидных. В последнее время в стране резко возрос антиамериканизм. Основатель религии Рон Хаббард — американец, возникла она в США и хотя давно уже зарегистрирована во множестве стран, стигма американского происхождения осталась. Сейчас саентологии приходится отдуваться за свое происхождение.

Вторая причина столь же очевидна. В последние годы РПЦ все настойчивее претендует на свою исключительную близость к власти. Ее отношение к тем религиям, которые она называет нетрадиционными, становится все более нетерпимым. Саентология является для РПЦ воплощением нетрадиционности, но если раньше она хотя бы не отказывала ей в религиозной природе (см. выше), то теперь и вовсе не желает ее признавать.

Из просто ереси, с которой можно бороться богословскими аргументами, она превратилась для православной церкви в секулярного врага, с которым должны разбираться государственные инстанции.

Смесь политической целесообразности с претензией РПЦ царить на религиозном Олимпе уже сама по себе является гремучей. Но она подкрепляется и на организационном уровне — в экспертном совете при Минюсте большинство принадлежит православным «борцам с сектами» во главе с А. Л. Дворкиным. Конфессиональный подход пронизывает и экспертизу Л. С. Астаховой. Для Астаховой под определение религии подпадают лишь религии теистические, но в этом случае за бортом оказываются не только саентология, но и буддизм, а также множество других исповеданий. Об этом в один голос твердит религиоведческое сообщество, настаивая, что такой подход недопустим, поскольку он отнимает у науки ее главное достояние — объективность. Но аргументы религиоведов равнодушно пропускаются мимо ушей. Что значат все эти феноменологические, герменевтические и компаративистские методы, когда на кону политическая целесообразность и «духовная безопасность» страны?

Однако, на мой взгляд, в этой логике есть существенный изъян. Пренебрежение наукой неизбежно ведет государство к политическим ошибкам. Сейчас в мире происходят серьезные перемены в религиозной сфере. Их отмечают не только те, кто занимается НРД, но и большинство религиоведческого сообщества. Недавно журнал «Государство, религия, церковь в России и за рубежом» посвятил этим проблемам целый номер (№ 1, 2012). Мы живем в пост-секулярное время, в котором возрождение религии соседствует с направленными в противоположную сторону секуляризационными процессами. Поэтому граница между светским и религиозным теряет прежнюю ригидность. Именно на этой границе и возникают новые религии, в которых религиозные цели нередко осуществляются рациональными средствами. Саентология – их типичный представитель. Поэтому ее методы и вызывают раздражение и непонимание со стороны той же православной церкви. Что это за религия, в которой исповедь (одитинг) проводится с помощью какого-то странного прибора (электропсихометра)? Власти же опасаются религии, которая заступает на светскую территорию, к примеру, регистрирует свое название как товарный знак. Все эти страхи и непонимания и порождают образ врага.

Но если знать процессы, которые происходят в религиозном мире, видеть их глубину и необратимость, можно соответственно выстраивать и государственную политику в религиозной сфере. Тогда сиюминутные соображения политической целесообразности уступят место стратегическому видению ситуации.

Саентология и другие новые религиозные движения никуда не денутся из России, они симптомы тектонических сдвигов в религии. А коли так, надо выстраивать с ними отношения. Хорошо известно, что путем запретов с религией бороться невозможно, более того, теряя религиозный статус, она уходит из-под государственного контроля. И нередко радикализируется. С саентологией это вряд ли случится, но превращать мирную и законопослушную религию во врага очень опрометчиво и политически недальновидно.

Чтобы оставить комментарий, воспользуйтесь вашим аккаунтом социальной сети Login

Подпишитесь на нашу рассылку